249

Директор «Уральского Технопарка Машиностроения» Алексей Елисеев дал интервью радио «Эхо Москвы»

Алексей Елисеев

«Уральский Технопарк Машиностроения», расположенный в Первоуральске, — это уникальное предприятие. Его главная особенность — в диверсификации производства. Говоря проще — УТМ может производить все для любой отрасли: от самых простых до самых сложных конструкций. На днях директор Технопарка Алексей Елисеев стал гостем новой программы радио «Эхо Москвы. Екатеринбург» — «Урал 21 век». Предлагаем вашему вниманию самые интересные моменты беседы директора УТМ с ведущей программы Мариной Волкоморовой.

— Алексей, Ваше предприятие появилось на свет в 2008 году. Год, прямо скажем, непростой, кризисный…

— На рынке, на который мы изначально ориентировались, подобное предприятие было необходимо. С первых станков все было загружено и работает до сих пор. С тех пор, правда, масштабы изменились. Изначально мы планировали производить продукцию только для машиностроения, но из-за кризиса пришлось скорректировать планы: спрос на нашу продукцию в этой отрасли в Первоуральске падал практически до нуля. Нам пришлось уйти в энергетику, нефтяную промышленность.

— То есть, переориентироваться на другие рынки?

— Да, но мы не упустили потребителей, на которых ориентировались изначально. Сейчас уже чувствуем, что они начинают «просыпаться» — появляется спрос. Я думаю, наберет обороты. Сегодня уже 20% наших клиентов — это компании, работающие в отрасли машиностроения. Мы поставляем для них ремкомплекты: наборы запчастей для ремонта оборудования. Остальные клиенты — энергетики и добывающая промышленность (обустройство нефтяных и газовых месторождений).

— В чем отличие «Уральского Технопарка Машиностроения» от других подобных технопарков?

— Большинство российских технопарков организовано государством. Мы же задумывали наше предприятие сугубо частным. Сначала мы хотели найти способ объединить все цеха машиностроения, которые сегодня есть на первоуральских заводах, но почти все стоят. Мы построили свой цех, загрузили его, но когда начали предлагать сотрудничество другим предприятиям — поддержки не встретили. Мы предлагали им загрузить их цеха, обеспечить людей работой. Но в ответ нас спрашивали: «А сколько мы будем с этого иметь?» Мы на том этапе не могли пообещать, что завтра владельцы предприятия заработают миллионы. Поэтому отложили переговоры о сотрудничестве до лучших времен и продолжаем строить собственные цеха.

Сейчас много говорят о новых технологиях. Но на самом деле нового ничего не придумывают. Как был токарный станок, так на нем и работают. Его модернизируют, но технология остается прежней

— Сколько их?

— Наш Технопарк — это три цеха, производящие абсолютно разную продукцию. Конкретной специализации нет: мы, как старые механические заводы, которые производили все, от кастрюль до вакуумных бомб. Оборонный заказ, кстати, сегодня есть в стране, и увеличивается с каждым годом. Но мы в нем участвовать не хотим. У нас есть строительное управление, которое обеспечивает сервис. Когда случилась авария на Саяно-Шушенской ГЭС, премьер Владимир Путин сказал, что компании-производители должны были обеспечивать гарантийное обслуживание оборудования. Мы прислушались к его словам, и создали соответствующее подразделение у себя.

— Что и для кого вы делали в последнее время?

— Простых заказов у нас нет. Это раньше можно было приварить палку к палке, назвать это сложным агрегатом и продать за большие деньги. Кризис показал, что эти времена закончились. В марте на одном нашем объекте был президент Дмитрий Медведев — на Приобской газотурбинной электростанции. Там наша продукция представлена в большом количестве: буквально в прошлом году мы завезли туда оборудования на 120 млн. Это металлоконструкции, технологическое оборудование, детали трубопроводов машинного зала, и так далее.

Мы строили предприятие с нуля, хотим, чтобы оно дальше развивалось, поэтому ищем такие заказы, где можем совершенствоваться и показывать свои способности

— Какие проблемы есть в бизнесе и как вы их решаете?

— Есть определенные проблемы в части оснащения оборудованием. Пока мы в основном используем пусть старые, но востребованные технологии, и поставляем оборудование под них. Правила игры в кризис переменились. Раньше существовало понятие: «авансовый платеж», а в кризис оно пропало. Нам говорят: «Мы дадим вам заказы, а расплачиваться начнем через 50-90 дней». Мы бы рады увеличивать заказы и дальше, но оборотные средства не позволяют.

— Есть ли у вас конкуренты?

— Если брать компанию в целом, то нет, поскольку у нас диверсифицированное производство. Отдельно по цехам — да, поскольку они узкоспециализированные. Большинство предприятий работают именно в одном направлении. Завод производил ложки. Их перестали покупать — и он встал. Владелец мог бы и переориентироваться, но у него в сознании кризис, и ему все равно, сколько людей сидит без работы. Нам в этом отношении проще: мы изначально шли туда, где есть деньги.

— Как у вас обстоит дело с новыми технологиями?

— Сейчас много говорят об этих новых технологиях. Но на самом деле нового ничего не придумали. Как был токарный станок, так на нем и работают. То, что наше оборудование не новое, еще не значит, что оно плохое. Его модернизируют, но технология остается прежней. В сознании людей «модернизация» — это что-то уникальное. Но если такое оборудование и завозят в страну, то только для серийного производства, а универсального — мало. Или его очень трудно купить, или дорого, потому что кто-то завозит такой станок и требует за него, скажем 9 млн. А я знаю, что, допустим, в Китае его можно купить в разы дешевле. Люди хотят зарабатывать, это понятно.

— Но это не ваш метод, я правильно понимаю?

— На каждом оперативном совещании я призываю не гнаться за «халявой», не искать простых заказов. «Купить подешевле, продать подороже», — это не лучший способ работы. Мы строили предприятие с нуля, хотим, чтобы оно дальше развивалось, поэтому ищем такие заказы, где можем совершенствоваться и показывать свои способности.

Оплаченная публикация

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.