100

В Беларуси все хорошо, кроме Лукашенко

Простые белорусы стыдятся президента, но гордятся порядком в своей стране

Первоуралец Вячеслав Плашенков живет в Белоруссии уже больше 30 лет, иногда приезжает в Первоуральск навестить родственников. В один из таких приездов он рассказал «Городским вестям» о своей жизни «за границей». Нам было интересно узнать, насколько наше представление о Белоруссии, сформированное российскими СМИ, отличается от того, как воспринимают жизнь в этой стране ее рядовые граждане.

Вячеслав Плашенков

Все, женюсь!

В свое время Вячеслав Плашенков, по указанию Бориса Ельцина, который тогда был первым секретарем Свердловского обкома КПСС (фактически, руководителем области)  был отправлен на комсомольскую стройку БАМ. Работал там два года в составе молодежной комсомольской организации, строил объекты соцкультбыта — жилые дома, детские сады, школы. Потом вернулся обратно, работал на Новотрубном заводе в Управлении строительства.

— Как-то мне дали путевку в Сочи, — вспоминает Вячеслав Иванович. — Я жил в гостинице, где на первом этаже каждый вечер были танцы. Как-то мы с соседом моим — врачом, решили туда сходить. Спускаемся, и я вижу, что возле колонны стоит девушка — красивая, в голубом платье. Я с ней познакомился, мы потом вместе приехали сюда, в Первоуральск. Жили у моей мамы в Первомайке. Моя белоруссочка за чашки, за ложки отвечала, ну, по хозяйству, то есть. Моей маме очень понравилось, что девушка не из ленивых. Но, прежде чем жениться, нужно же посмотреть, где жена живет, правильно? Поехали мы в город Жорино — с родителями ее знакомиться. А что я про Белоруссию знал? Знал, что война там была, да и то — по кино, по книжкам. Я до сих пор по-белорусски мало что говорю, а тогда вообще ничего не понимал. Но, раз уж собрался жениться, надо и на тещу посмотреть, узнать, какой жена в старости будет. Теща моя в сельской местности жила, я ее всю жизнь мама Оля звал. Хорошая женщина. А я же любопытный очень, пошел сначала в магазин, у продавца спрашиваю: «По талонам отпускаете»? А она мне: «Какие талоны, в нагрузку даем». Понравилось мне это, у нас-то тогда край голодный был. Осмотрелся, попривык. Как-то зашел в один гараж, где мотоциклы оставляли, смотрю — три фляги стоят. Открыл, понюхал — вкусно, а это — самогон житный, самодельный, из хлеба. Думаю — все, женюсь!

Русских много, их все любят

После «смотрин» Вячеслав Иванович вернулся обратно в Первоуральск.

— Как сейчас помню, начальником нашего Строительного управления был Чиж, — продолжает Вячеслав Плашенков, — имя-отчество забыл, а вот фамилию помню. Он сам из Белоруссии, вот и посоветовал мне туда переехать. Я приехал туда, сразу устроился на «Белазик» — это я так завод наш называю. Сейчас там 10 тысяч человек работают, раньше чуть больше было. Так на одном месте и проработал, даже медальку дали, как ветерану труда. У меня сейчас две квартиры, новую недавно получил. Наш белорусский паспорт почти такой же, как и у вас, только на трех языках написан — на белорусском, русском и английском. Государственный язык у нас русский, все на русском языке, даже документация. Директоры заводов — все русские. В стране русских много, к ним относятся очень хорошо. Есть у нас организация националистов — Белорусский народный фронт, БНФ. Вот они по-моему только на белорусском и разговаривают. Они считают, что мы, русские, должны жить только у себя в России. Я их все время спрашиваю — а куда вы без России-то? Нефти нет, газа нет, металла нет. На один «БелАЗ» только 400 поставщиков из России. После таких слов они здороваться со мной начали.

Лукашенко засиделся

По словам Вячеслава Ивановича, все в Белоруссии хорошо, только вот власть давно пора менять. Политика Александра Лукашенко уже никого не устраивает, и пережитый финансовый кризис только усугубил ситуацию.

Вячеслав Плашенков

—  Цены у нас сейчас подняли почти на 50%, поэтому к Лукашенко стали хуже относиться — зовут его сейчас либо Лука, либо Бульбаш-Баши. А правительство все кризисом объясняет, хотя мы его легче многих пережили. Когда узнали, что цены поднять хотят, стали все мешками скупать: соль, сахар, крупы. У нас доллар стоит 5 тысяч рублей, а стоил три. Надо наших 177 рублей отдать, чтобы ваш российский рубль купить. Вот на 60 наших рублей вы тут у себя даже коробок спичек не купите. У нас на 100 тысяч можно пять килограммов колбасы купить. Но водка дешевле — 13 тысяч стоит. Правительство у нас невыездное, не знаю, почему. Лукашенко никто никуда не приглашает. Он у нас дружбу водит с такими, как Уго Чавес, например. Я сначала два раза голосовал за Лукашенко, даже портрет его у меня в гараже был, а сейчас — все, не буду больше голосовать. Сталинский бы режим к нам сюда, чтобы снова порядок был. Деноминация один раз была, ноль убрали, а толку-то? У нас идет очень жесткое подавление митингующих. Вот кандидатов в президенты в тюрьму посадили, якобы, за попытку государственного переворота. Безмолвная акция протеста у нас идет, хлопать нельзя… Мне самому на Лукашенко по телевизору смотреть стыдно. Особенно на День независимости, когда он сына в генеральскую форму одел. Он и со старшими без должного уважения разговаривает, всегда на «ты». А тому, что он обещает, уже давно никто не верит. Ему еще два года осталось досидеть, потом, надеюсь, его не выберут. У нас даже шутка уже появилась: «Доколе Лукашенко править будет»? А у него сына Коля зовут… Вот тоже, зачем он его на все встречи таскает, ребенку и лет-то совсем мало, а он в политике по самые уши. Так Горбачев в свое время Раису Максимовну везде с собой возил. Но Раиса-то умная женщина была, а тут — ребенок. Думаю, не оставят Лукашенко на следующий срок, народ не даст ему развернуться. Пять или семь кандидатов в президенты — и все сидят в тюрьме. Ну, куда это годно? Хотя, какой народ, такое и правительство.

«Выращиваю кукурузу и огурцы»

Сейчас Вячеслав Плашенков работает сторожем, как он говорит — «ночным директором», потому что без работы нельзя — не проживешь:

— Мы с женой оба на пенсии. Пенсия у меня — 600 тысяч, на ваши деньги — около 5 тысяч выходит. Сейчас цены подняли почти в два раза, до кризиса было лучше. Литр бензина сейчас стоит почти доллар! Зато у нас очень хорошие дороги, я на дачу по асфальту езжу. Там все растет: китайский лимонник, у него все полезно — и листья, и кора, и ягоды, айва японская, алыча. Картошечка растет, с синей кожурой, специальный сорт. Я люблю этим всем заниматься. Кукурузу посажу, а рядом — огурчик. Он по кукурузе усиками ползет, красиво. Нынче, правда, яблок не будет. Они же через год плодоносят — у меня всякие яблоки есть, и зимние, и летние. Наличники на окнах резные стоят, под старину. Я же люблю собирать все старое. Больше 1000 у меня наклеек от водки, от вина, от пива. Еще с БАМа начал собирать. Музей у меня в гараже, жена ругается на меня. Самовары, утюги угольные еще, сапоги, подбитые еще деревянными шпильками…

Вячеслав Плашенков

Про чистоту и сельское хозяйство

— В городе у нас очень чисто. Мы сами довольны, да и приезжие удивляются. Когда на заводе трудился, занимался культурой массовой работы, экскурсии организовывал. И сам много ездил. Приехали мы как-то в Вильнюс, идем по главной улице Гидеминеса. А там есть пивная, а где пиво, там и водка. А закуска у них — горячий зеленый горошек. Выпили мы с ребятами, идем, а один из нас покурил, и бросил окурок мимо урны. А сзади женщина-литовка шла. Остановилась, окурок подняла, в урну бросила и говорит: «Русский — свинья». Я запомнил, потому что мне так стыдно тогда стало. Сам никогда не сорю. С ЖКХ у нас все в порядке — чистота, клумбы, все убрано всегда. Три раза в неделю убирают мусорки. У нас раздельное собирание мусора — стекло, металл, пластик. Мы к этому уже пришли. Ну, центр Европы же, тем более, у нас много делегаций иностранных бывает — стыдно было бы по-другому. Если какие-то проблемы возникают — нужно только позвонить, и все исправят. Вот я недавно ямку на дороге заметил, заместителю мэра позвонил, все залатали. На работу шел, фонари не везде горят — позвонил, все тут же исправили. Криминала нет почти, только воруют иногда, а так, чтобы убийства или еще что — мало совсем. Сельское хозяйство подняли на должный уровень. Строятся агрогородки, жилье сразу же дается под ключ. Сельское хозяйство — это хорошо, люди накормлены, обуты, одеты.

В Белоруссии жить можно, вот только власть поменяется немножко погодя, и вообще замечательно будет — если Лукашенко уйдет.

Комментарии 1

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.