422

Одни пьют, другие работают — мы узнали, чем еще занимаются жители Перескачки. Фото

Незнающему человеку попасть с первого раза в Перескачку не получится. По дороге нет ни одного указателя. Такое чувство, что и поселка то вовсе нет. Но как нет? Если у него, как нам сказали в центральной городской библиотеке, 27 июля юбилей — 60 лет. С чем мы, собственно, и поехали поздравлять жителей.

Деревня Перескачка

Деревня Перескачка

 Места хорошие, грибов много…

Когда мы все-­таки нашли Перескачку, сомнения в том, что поселка нет, снова возобновилось. По дороге мы не встретили ни одной живой души. Проехав практически до окраины поселка, встретили дачника Сергея Петрова.

— Говорите, знаков нет? Так наркоманы ночью ходят, их никто не подвозит, они вот и знаки снимают,— рассказывает Сергей Петров.— А так­-то здесь спокойно. Двадцать лет у меня здесь дача и ни гвоздя еще не пропало. Но у меня сосед местный, он присматривает. Хотя был у нас в соседях ворюга, ограбил, дурак, Жолобова, бывшего начальника милиции, ну и сами понимаете…

Петровы — дачники из Первоуральска. Рассказывают, что поселок разделен железной дорогой. На их стороне почти все дачники, которых примерно 70%, а по ту сторону — больше местных жителей.

— Раньше здесь был сельсовет, мы сейчас в его бывшем здании живем, недалеко новотрубновское подсобное хозяйство. А вот рядышком — «Царское село», где новотрубники себе дачи построили. Дома большие там все, красивые, — подхватывает супруга Татьяна Петрова.

Татьяна Петрова не налюбуется на свои цветы.

Татьяна Петрова не налюбуется на свои цветы.

— Ой, а тут такой цирк с водой, ничего никому не надо. У кого деньги есть, тот делает скважину. А у нас источник прекрасный. Туда руку окунешь — она закаменеет, — перебивает ее муж.

— Но места хорошие…грибов много. Яблоня у нас тут растет, ягоды, и цветы в этом году шикарно цветут. А пойдемте, посмотрите, какие лилии у меня королевские растут, — хвастается Татьяна Николаевна.

— Как день поселка отмечать будете? Какие вообще развлечения есть?

— Какие развлечения? Мы в город уедем там отдохнем, потом сюда приезжаем работать, — смеется хозяин дачи. — Был клуб, так и он развалился, дискотеки раньше были. А сейчас, когда сын приезжает, шашлыки жарим.

 

 Кто хочет жить, тот приспособится

Дачники Петровы отправили нас к «главной» по селу Тамаре Цыганковой. Подойдя к большому дому, нас встретило семейство Тамары — трое детей.

— А мама по грибы ушла, — говорит старший сын Стас.— Скоро уже придет.

Тамара Цыганкова

Тамара Цыганкова

Мама ждать себя не заставила. Из-­под горки вышла невысокая женщина, в руках ведро маслят. В это же время подъезжает грузовик с сеном, за ним следующий. Тамара дает установки сыну — разгрести сено. С нами ей общаться пока некогда.

Когда же все­-таки семейные дела закончились, и хозяйка выслушала, что приехали мы, спросить, как, собственно, будет отмечаться юбилей поселка, сильно удивилась.

— Я — заведующая клубом. Все праздники я организовываю. О юбилее таком вообще впервые слышу, вы нас с кем­-то путаете,— говорит Тамара Дмитриевна. — День села — это же такой праздник масштабный! А нам некогда. Местные жители все живут своими заботами: одни пьют, другие работают. Ну и на счет юбилея я еще у нашего библиотекаря узнаю. Пойдемте пока в дом, молочка попьем.

Тамара Цыганкова — властная, сильная женщина, про таких говорят «коня на скаку остановит», — дома превращается в радушную хозяйку. Налив нам по большой кружке молока продолжает рассказывать:

— Блин, с утра как встанешь и, не разгибаясь, вкалываешь. Отдыхать некогда. Пока корову подоишь, пока ее всю вычистишь, уже надо траву идти косить, вот сено привезли, надо сгребать. И дети мне, конечно, помогают. У нас так.…Иди дрова коли! Устал дрова колоть? Иди, пропалывай! Между делами бегай на речку, отдыхай. Вот мы живем: я, трое детей и корова, ну, и теленок. У меня зарплата 8 тысяч. Ни я, ни дети мои не воруем! Кто хочет жить и не лениться, тот приспособится к жизни в деревне.

Старший сын Стас — второкурсник первоуральского политехникума. Цыганковым пришлось взять кредит на машину, чтобы Стас мог ездить на учебу, потому что общежитие ему не положено, а автобус в город ездит два раза в день: в семь утра и в семь вечера. Младшие дети ходят в школу № 40 в Битимке. Стас с утра отвозит их, домой возвращаются на автобусе.

— Сколько корова молока дает, мы все в городе продаем, потом заправляем машину на эти деньги. В месяц у нас 10 тысяч рублей и выходит.  Если не буду держать корову — у меня ребенок не будет учиться, получается.

— А вы хотите, чтобы ваш сын после учебы уехал из деревни?

— Ему через год в армию еще идти, так что пока еще он ничего не загадывает. Но плюсы деревни в том, что здесь можно вырасти хозяйственным. Он у меня сам все руками умеет делать, не пьет, не курит! А в городе? По магазинам прошел — с ума сошел! Сел в кафе — вай-­фай! Что они там качают? Что они там смотрят? Потом домой придут, у них у мамы туалет, например, бежит, или кран. Все! Надо слесаря вызвать! А мой бы сам все сделал!

 

 Работать не хотят

Люди в Перескачке спиваются. Спиваются не оттого, что им делать нечего, а потому, что доведены до отчаяния: нет работы, нет детского сада и школы, магазин на грани закрытия. Ну, и та работа, которая периодически появляется, уже не устраивает жителей.

— Никакой работы нет, у нас работает медик, библиотекарь, продавщица в магазине, железнодорожники. А большинство пьют! Собрали грибы, в городе продали, «фуфырики» купили и живут, пока не прижмет, — говорит Тамара Цыганкова.— Можно пойти работать пастухами, нормальные деньги платят, но не хотят — обленились все. Или, например, здесь у армян хозяйство, и им нужны доярки и люди, которые убирали бы в коровниках. Представляете, работать никто не идет.

— Кстати, ваши соседи Петровы сказали, что проблема с водоснабжением так и не решилась…

— У нас с водой нет никаких проблем. Просто дачники не в курсе. Деревня слухами полнится. Люди вообще ничего не знают, а говорят. Сейчас нас снабжает «Водоканал», раньше вода поступала из Битимки, но со временем у нас накопились долги и СХПК перестал давать нам воду. А наши местные все давай возмущаться, телевидение подключили, что снег топим. А чтобы литр воды растопить — сугроб нужен! Все охают, ахают: «Бедная Перескачка! Как они живут?». А у нас просто платить никто не хочет!

 

 У нас богатая история

В Перескачке, где всего 400 жителей, нет школы, больницы, но восемь лет назад, стараниями Цыганковой, появился досуговый центр с библиотекой и спортивным залом. В клубе работают разные кружки, фитнес- зал, вечерами старушки приходят, в «паука» играть. Здесь, кроме самой Тамары Дмитриевны, работает библиотекарь Светлана Ахметшина. Она то и рассказала нам немного об истории родной деревни.

Библиотекарь Светлана Ахметшина

Библиотекарь Светлана Ахметшина

— Название Перескачка пошла от одноименной станции. Через наш поселок проходит запасная железнодорожная ветка. По дороге поезда перескакивали с одного направления на другое, — говорит Светлана. — Еще существует такая легенда: раз местность болотистая, люди перескакивала с камня на камень. А 27 июля — скорее всего, юбилей у станции, а у Перескачки официального дня рождения нет, но поселок старый, у нас очень богатая история.

— Да и как день села проводить? Это же должен быть спонсор! А у нас депутаты Суслов и Ведерников ни разу даже не приехали в село, ни спросили, как нам здесь живется,— добавляет Тамара. — Это во время выборов все всегда активные, а потом про нас забывают.

 

 Буренок под суд

У жителей Перескачки беда. Их скот «арестовали» на поле. Поле, где они пасутся, принадлежит Битимскому совхозу. Поэтому коровам туда вход запрещен. Но как объяснить животному, где можно ходить, а где нельзя?

От жары деревенские буренки спасаются в заброшенном клубе.

От жары деревенские буренки спасаются в заброшенном клубе.

— Мы предлагаем загородить горбылем, чтобы они не ходили. Не можем же мы за ними целый день ходить — работаем! Это ж в конце-­концов не собака, ее на поводке за собой таскать не будешь. А если корову не держать, то жить не на что!— возмущается Тамара Дмитриевна. — В этот раз наших коров сфотографировали на поле, написали заявление в полицию. Теперь грозит штраф. Дело заведено на коров. Пока штраф в 240 тысяч рублей предъявили, посмотрим, что суд скажет…

Коровы продолжают пастись там, где им нравится. А от июльской жары спасаются в заброшенном, аварийном здании бывшего клуба. Хозяева переживают, что буренки пострадают от падающих кирпичей и штукатурки.

— Ну что, красавицы, насчитал вам совхоз «Битимский» дофига платить. Молоком будете отдавать! — разговаривает с коровами Татьяна Цыганкова.

 

 Как нас кинул «Лесхоз»

— «Лесхоз» искал работников, чтобы чистить делянку. Наши местные алкоголики не идут. Ну, и пошли мы с подругами: я, зав клубом, медик и библиотекарь. Весь цвет местной интеллигенции! Я еще сына с собой взяла, медик — мужа. Нам сказали, что заплатят по 300 рублей  в день, работали мы десять дней с 17 до 22 часов. Мы все такие радостные были, дома все дела бросили, — с улыбкой вспоминает Тамара Цыганкова. — Сын у меня уже кожаную курточку себе присмотрел, В конечном итоге нам заплатили три тысячи рублей на всех и сказали, чтобы не цыкали. Я потом газету вашу открываю, читаю «Городской лесхоз построил в зоне отдыха для жителей столы и табуретки. Строительство обошлось в 78 тысяч рублей». Я вот думаю, на ком же это они нагрелись то? Не на нас ли? Ну, мы потом уже успокоились. Как будто провели трудовой десант,  почистили свою родную Перескачку.

 

 Баба Груня

— Баба Груня, выходи! — кричит наша сопровождающая Тамара.

Выходит маленькая, худенькая улыбчивая старушка, но видно, что сил у нее хоть отбавляй. Она одна из семи старожил, которые сегодня живут в Перескачке.

— Здравствуйте, мы из газеты…

— Ой, если Тамары не было бы, я не пустила! Обманывают тут некоторые ходят. Придут, говорят: «Тут надо лечить, там надо лечить». Одна балаболит, другая пишет. Я восемь тысяч рублей из ручки в ручку так отдала.

Баба Груня

Баба Груня

Агриппине Сергеевне Ники­форовой 83 года. В 1947 году она с семьей переехала в Перескачку из Дружинино. В 1961 году построили свой дом. Всю жизнь бабушка физически работала: то на железной дороге грузила платформы, то таскала рельсы и шпалы, то сучки рубила в лесу. А только три года назад она перестала сама колоть дрова и перестала держать скотину.

—Когда переехали сюда, вообще ничего не было, все в лесу было, тогда хорошо ведь строились. Раньше, мне кажется, веселей было или молодая просто была,— вспоминает баба Груня.— Качель у нас была, совхоз большой. Жалко церквушку так и не построили. Сейчас мечтаю только чтобы пожить подольше, чтобы здоровье было. А чего бы сейчас не жить? Вода в доме, в огороде растет, дети, внуки приезжают. А я живу себе, ничего не боюсь! Что со мной будет? Пока силы есть, буду работать.

Фото Марии Поповой

.

Комментарии 2

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.