472

Маше Худобердиной на днях исполнится 9 лет, но она только начинает жить

До этого девочку не водили в садик, не было у нее ни разу и 1 сентября

Маша, посмотрев, кто пришел, развернулась и быстро убежала в комнату. Гостей она не то чтобы не любит — она к ним не привыкла. Как не привыкла и к заботе, вниманию, расспросам о том, что происходит в ее детском мире. Не было у нее никогда дорогих игрушек и возможности пойти за руку с папой на карусели в парк. И даже о существовании этого самого парка Маша никогда не знала. Ее мама жила с детьми на съемной квартире в Новоуткинске, а в 2009 году покончила жизнь самоубийством. Маше тогда было четыре годика, а свое пятилетие девочка встретила уже в Нижнем Тагиле, куда ее забрал родной отец. Как она жила там четыре года — неизвестно. Девочка в свои восемь лет толком не разговаривает, а в ее настроении часто случаются резкие перепады. Отец на лето привез ее к бабушке в Коуровку, а забрать уже не смог — его убили. Так Маша вернулась в семью — к бабушке и 15-летней сестре.

IMG_1147

Машку мы и не видели толком

— Теть Марина, к вам пришли, — говорит Олия Казьмина, приглашая нас пройти в дом. Невысокая, худенькая женщина знакома с Машей чуть больше месяца — с тех самых пор, как в ее двери постучалась соседка — Марина Шабановна Худобердина — и попросила разрешения пожить у нее вместе с маленькой внучкой.

До этого бабушка Маши жила через дорогу вместе с сыном, снохой и внуком. Квартирка небольшая, а с приездом Маши места стало и вовсе не хватать. Марина Шабановна решила уйти.

— Нет-нет, мы не ругались, — быстро говорит она. — Я давно хотела… Внуку комнату освободила.

Она замолкает. Тете Марине — так ее многие зовут в деревне — 74 года. Горя на ее долю тоже выпало немало. У нее — пятеро детей, двух дочерей она уже похоронила. Одна из них — мама Маши Алевтина.

— Обещали ей квартиру — не дали, — рассказывает пожилая женщина. — А за съемную квартиру уже нечем было платить, ее стали выгонять. Перебивалась, как могла, с детьми на руках. Не стерпела. Облила себя бензином и подожгла. Тогда отец Машку и забрал. Алевтина с ним уже не жила на тот момент, он на другой женился в Нижнем Тагиле. Старшая дочь Алевтины Наташа осталась здесь, я опеку на себя оформила. А вот Машку мы и не видели больше толком. Этим летом отец привез, а самого его вскоре убили. Как знаю — сожительница зарезала. Как и где они жили в Тагиле — ничего не знаю. В садик Маша не ходила, с детьми не общалась, да и разговаривать-то она только недавно начала. На мультиках росла у отца с мачехой. Ничего кроме мультиков и не знает.

IMG_1125

О жизни маленькой девочки в последние годы бабушка только догадывается. Что-то проясняют записи в медкарте, уже из них становится ясно — девочка пережила многое. Ее били, она мучила животных — апогей этого. Но несмотря ни на что, бабушка от внучки отказываться не намерена — родная же она.

Тем временем Маша на втором этаже уже включила мультики, до нас доносились голоса Тимона и Пумбы.

 

В деревне так и выживали — сообща

Олия с мужем Олегом приехали в Коуровку в 2007 году. Купили дом, довели его до ума и с тех пор живут втроем — вместе с 84-летней мамой Олии. С Худобердиными познакомились сразу же.

— Тетя Марина лаек тогда держала, и я тоже любительница собак. Подошла, разговорились, познакомились, — говорит Олия. — Как­то с работы еду, а тетя Марина бежит мне навстречу: «Там бомжи ротвейлера поймали, съесть хотят». Побежали вместе, спасли собаку. С тех пор Джек живет у нас.

А с начала октября в доме Олии обитателей стало еще больше — тетя Марина с Машей и старшей внучкой Наташей переехали в двухэтажный дом.

— Я давно звала тетю Марину, — продолжает Олия. — Места у нас много. А вместе все равно легче. В деревне во все времена только так и выживали — сообща. И маме моей компания хорошая. Они с тетей Мариной посидели, о своем стареньком вспомнили, и хорошо. А Маше помочь надо. Девочка она непростая, отклонения психические идут какие-то, поэтому очень важно обследовать ее как можно скорей, томографию провести надо. Сейчас, если она не хочет разговаривать — не заставишь. Вредничает, упрямится, иногда рычит, проявляет агрессию.

Олия активно помогает Марине Шабановне решить все вопросы в соцзащите. Пока бабушка содержит внучку исключительно на свою пенсию, сумма которой невелика — 8 тысяч рублей. А долгов у Марины Шабановны — при этом уже на 11 тысяч.

IMG_1133

— Ее же голую привез отец, в одном платьишке, — говорит бабушка Маши. — Ни носочков, ни колготочек не было. А что было — на тряпки только пустить и можно. Мы съездили на рынок в Новоуткинск — там знакомая то 50, то 20 рублей скидочки делает — купили всю необходимую одежу, сапожки, курточку, сарафанчик к школе взяли, рубашку.

6 ноября Маша первый раз пошла в первый класс, в школу №26.

— Сложно сказать, понравилось ли ей, — говорит Олия. — Сама она не рассказывает ничего. Посадили ее на последнюю парту, читать и писать ведь она не умеет. Ей сложно. Учителям с ней тоже сложно. Я так думаю, что не справятся они с ней. Медкомиссию пройдем, и надо решать вопрос об индивидуальных занятиях, по специальной программе.

IMG_1161

Будем жить — не тужить

Ведущий специалист отдела опеки и попечительства Ольга Калганова пояснила, что с семьей Худобердиных они начали работу сразу же, как только к ним обратилась бабушка Маши. 10 октяб­ря Марина Шабановна назначена временным опекуном над внучкой. До 10 декабря ей надо собрать все необходимые документы для определения постоянного статуса. Тогда же Маше будет начислено на сберкнижку пособие — сразу за два месяца.

— Все меры поддержки носят заявительный характер, — отмечает Ольга Николаевна. — То есть бабушке с нашим приказом о назначении ее временным опекуном надо обратиться в выплатной отдел, после чего будет назначено пособие на содержание ребенка. В данном случае можно говорить о сумме 8406 рублей. Но выплатится она только тогда, когда будет определен постоянный статус. Это может быть или опека, или приемная семья. Пособие можно тратить на нужды ребенка. Все чеки для этого собираются, и раз в году опекун отчитывается. Помимо этого опекунам и опекаемым положен ряд льгот. Среди них — возмещение коммунальных платежей, первоочередное поступление в высшие учебные заведения, первоочередное право на получение путевок в санатории, бесплатное питание в школе, бесплатный проезд к месту учебы.

Сейчас Маша учится жить в новых для нее условиях. Наташу она уже называет сестрой и подругой одновременно, хотя девочки еще и не до конца привыкли друг к другу. В доме у Олии ей очень нравится, она безотказно помогает бабушке мыть посуду, подметает пол, прибирается.

— Я пытаюсь научить ее рисовать, — говорит Олия. — Но она кроме Черного плаща из мультика пока ничего не рисует. Гулять ходим каждый день, в лесу бываем. Недавно даже дерево посадили. Что-то есть у Маши в голове такое… подход нужен.

На вопросы о будущем Олия и тетя Марина пожимают плечами и улыбаются:

— А что будущее? Будем жить дальше. У нас огород большой, не пропадем, — говорит Олия.

— Как в сказке: будем жить — не тужить, — пряча улыбку в ладошку, соглашается Марина Шабановна.

— Мы с тетей Мариной уже мечтали даже — хотим лошадь себе купить. Теплую конюшню выстроим. Девчонки рядом, все здоровы лишь бы были. А зимой уже решили, что будем учиться коврики вязать — тряпок старых много скопилось.

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.