188

Рухнувшую крышу в Билимбае починили. Но люди боятся спать в собственных квартирах

Во дворе дома — остатки шифера и свежие бревна. Пиломатериала для восстановления рухнувшей крыши дома № 10 по ул. Сакко и Ванцетти в Билимбае привезли с запасом. Однако среди жильцов дома особо бурного ликования не заметно: все они понимают, что дом, по сути, аварийный и жить в нем просто-напросто опасно. «Городские вести» побывали в гостях у жителей дома с «поехавшей крышей».

Крышу и вправду починили, хотя не такими ударными темпами, как было обещано.

Крышу и вправду починили, хотя не такими ударными темпами, как было обещано.

Я бы лучше в тюрьме посидела!

Мы приезжали сюда неделю назад — утро вторника, 25 февраля, для жителей дома № 10 началось с ЧП: около одиннадцати часов под тяжестью снега провалилась крыша. Экстренно эвакуированных жителей на время разместили в библиотеке, однако к вечеру они были вновь заселены в свои квартиры. По словам начальника билимбаевского СТУ Александра Гильденмайстера, дом вполне еще крепкий и для жилья пригоден. Ну, а крышу и починить можно.

Крышу и вправду починили, хотя не такими ударными темпами, как было обещано. Работы завершились лишь спустя неделю после ЧП. Но и в доме с починенной крышей жить людям теперь страшно.

— Я сама вернулась обратно. Когда крыша рухнула, я была дома, сначала подумала, что печка рухнула, — рассказывает Разифа Аюпова из восьмой квартиры. — Всех сразу на улицу отправили, стояли там, потом в библиотеку. А вечером снова сюда.

"Мне до пенсии осталось пять лет, так я лучше бы эти пять лет в тюрьме отсидела — там хоть тепло! — чем вот в такой квартире жить" — говорит Разифа Аюпова.

«Мне до пенсии осталось пять лет, так я лучше бы эти пять лет в тюрьме отсидела — там хоть тепло! — чем вот в такой квартире жить» — говорит Разифа Аюпова.

Ее сосед Андрей, из квартиры № 7, говорит: особого страха не ощутил, но что будет дальше — непонятно.

— Управляющей компании у нас нет, да и вообще эти три дома (№10, 12, 14 по ул. Сакко и Ванцетти) заброшенное место, — рассказывает Андрей, — Если я правильно понял по разговорам, этих домов не существует в принципе. За них уже кто-то получил квартиры и живут нормально. А мы здесь маемся. То без света сидим, а никаких коммунальных служб у нас здесь уже несколько лет не было. Держат нас тут, чтобы мы по инстанциям не бегали, лишний раз не надоедали администрации, чтобы нам дали нормальное жилье. Вы посмотрите — по фасаду трещины, не сегодня-завтра может стена обвалиться. Я этому не удивлюсь.

Предложение сбросить снег с крыши самостоятельно (а одной из причин того, что крыша провалилась был именно груз «снежной шапки» на доме) у жителей дома энтузиазма не вызывает.

— Сделать-то можно, — отмечает Андрей. — Но ведь это не мой частный дом, почему я должен это делать? Квитанции же мы оплачиваем. Хорошо еще, что хоть электричество нам пока не отключили, шалаши тогда строить придется, костры жечь.

Последний раз дом ремонтировался лет двадцать тому назад: покраска, побелка. Из благ цивилизации в доме только электроэнергия и канализация. За водой — на колонку, отопление — печное, но, как говорят сами жители, печи в аварийном состоянии.

— Канализация у нас по принципу шамбо. Зимой сливы в туалетах застывают, потому что очень холодно, — продолжает печальный рассказ Разифа. — В морозы надо постоянно лить туда кипяток. Иначе все замерзнет, и что хочешь, то и делай. Пользоваться, извините, ведром, не вариант: а девать это все куда, вылить-то некуда? Весной же растает! Представляете, что будет, тут же и дети во дворе гуляют.

Разифа Аюпова рассказывает: квартира у нее двухкомнатная, но сын такой жизни не выдержал — снял жилье в городе.

— В одной из комнат зимой минус десять градусов, печь не топится — в аварийном состоянии, — вздыхает немолодая женщина. — Топлю дальнюю комнату, там температура держится 13—14 градусов, а в коридоре — 5—6! Каждый год зимуем в таком холоде. Мне до пенсии осталось пять лет, так я лучше бы эти пять лет в тюрьме отсидела — там хоть тепло! — чем вот в такой квартире жить.

Если местные власти не могут разобраться с их домом, жители готовы обращаться хоть в Кремль.

— Через интернет выложим все это, обратимся к президенту, раз местные ничего сделать не могут, пусть к нам оттуда едут! — заявляет Андрей. — Пусть приедут, посмотрят, что дом в аварийном состоянии, люди живут как на пороховой бочке. Крыша рухнула, завтра стены обвалятся. Двоих уже увезли на «Скорой» после того как крыша рухнула, неужели надо еще?

Маму «скорая» увезла

Галину Павловну, маму Андрея Драбинина из пятой квартиры (а крыша обвалилась как раз над ней) после обрушения госпитализировали в тяжелом состоянии: от испуга у 65-летней женщины резко поднялось давление. До сих пор она находится в больнице. А хозяева квартиры Андрей и его жена Татьяна ведут нас на экскурсию.

— Спать боимся дома, — говорит Андрей Драбинин.— Да вы посмотрите, что тут у нас, только аккуратно!

IMG_0729

На кухне с потолка свисает полусгнившая дранка.

Аккуратность действительно не повредит: в туалете потолок провис, стены пошли трещинами, на кухне с потолка свисает полусгнившая дранка. Хозяин самостоятельно сделал новую обрешотку и новый потолок в комнате, планировал заняться кухней, но сейчас в правильности решения сомневается:

— Тут я хоть вижу, что у нас с перекрытием происходит, можно следить, а в комнате я даже и не знаю, что делается. Там может уже провалилось все, — говорит Андрей Драбинин. — В туалете трещины пошли именно после того, как рухнула крыша. Страшно жить. На крышу строители боялись заходить — как бы не провалиться, все же гнилое. Говорят, что у нас комиссия будет в четверг, будем все показывать.

— Ну, и придут они, и что сделают? — парирует супруга Андрея Татьяна, — Тут уже не ТСЖ заводить надо, а уголовное дело и расселять людей, эти катакомбы же вот—вот развалятся! Ремонт делать в квартире уже жалко — пустая трата денег. Жаль, что я не местная, Первоуральск толком не знаю, а то бы уже давно пороги все обила и с расселением, и с ремонтом! А так: кому тут заниматься, у нас на восемь квартир только инвалидов трое. Зашевелятся, наверное, только если и вправду дом рухнет.

Все это денег стоит

Приватизировать «гнилье-жилье» жильцы дома не спешат, из восьми квартир в собственности только три. Рассуждают просто: вдруг произойдет чудо, дом действительно расселят и они получат нормальное жилье. Но до этого еще далеко: чтобы начать сбор документов по признанию дома аварийным, для начала им надо выбрать хотя бы форму управления своим домом. А то, что жители пятой квартиры назвали «комиссией», на самом деле собрание, на котором предполагается решить этот вопрос. Некогда здесь существовало ТСЖ, затем дом сменил форму на самостоятельное управление. В 2012 году УК «ПромКонтакт» отказалась обслуживать данный дом, а также два таких же по соседству — № 12 и 14. В четверг планируется эти вопросы решить.

— Соберем хозяев квартир, приедут представители УЖКХиС администрации, управляющей компании ПРР и будем решать проблему, — пояснил начальник Билимбаевского СТУ Александр Гильденмайстер. — Будем инициировать признание дома аварийным: чтобы комиссия выехала, посмотрела, обследовала. Все это будем обговаривать на собрании, потому что все это денег стоит, нужно решать, каким образом и в каких долях эта работа будет оплачиваться. Люди в доме живут небогатые, могут и отказаться, к сожалению. Доложим об итогах собрания заместителю главы администрации по ЖКХ Геннадию Звереву и будем принимать решение. А что касается трещин в стенах — они были и до обрушения крыши. Дом «уставший», старый, много лет без должного обслуживания.

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.