12:32, 14 Июль 2014 г.2 707

Длинный опус о том, как я поступала на журфак, и как оборзели абитуриенты

Мария Попова, редактор молодежной редакции "Городских вестей"

А ведь уже пять лет прошло с тех суетливых дней, бессонных ночей, когда ЕГЭ сданы, а расслабиться до конца ты все равно не можешь. Все одноклассники уже счастливо гуляют и порой только отслеживают результаты на сайтах вузов. А я нервничаю вплоть до августа, места себе не нахожу. Все потому, что поступаю я не на экономиста, юриста, медика, астронома, как все нормальные люди, а, ё-моё, на журналиста!

Чтобы поступить на факультет журналистики, кроме результатов ЕГЭ по русскому языку и литературе, нужно пройти творческий конкурс — собеседование, написать сочинение и предоставить опубликованные в зарегистрированных СМИ публикации.

Поэтому вместо того, чтобы наслаждаться летом, я бешено гоняю по редакциям в Первоуральске и Екатеринбурге, беру задания, пишу, переделываю, опять пишу. Выслушиваю критику редакторов, звоню и жалуюсь маме, иду, покупаю шоколадки все тем же обидевшим меня редакторам, чтобы поблагодарить за то, что напечатали хотя бы мою фамилию под текстом, который отредактирован до неузнаваемости. А вечерами читаю учебник истории и книгу Ганапольского, чтобы пройти собеседование. А ведь это только июль.

А до этого я два года с завидной регулярностью публикую свои незатейливые заметки на страницах заводской многотиражки. Изворачиваюсь, совмещая школу и свою юнкоровскую работу. Все для того, чтобы поступить на заветный факультет журналистики. В итоге я сдаю около 15 разножанровых материалов. А на собеседовании я общалась с представителями факультета — доцентом Рафаилом Лутфулловичем Исхаковым и профессором Дмитрием Леонидовичем Стровским. В общем, за творческий конкурс я получила 100 баллов, чему была несказанно рада.

С февраля этого года я полноценно работаю корреспондентом в газете «Городские вести» и редактором молодежной страницы «Крик». В нашей молодежной команде есть три девочки-умницы, которые усиленно работают в газете, пишут материалы, все по той же причине — журналистами стать хотят. Написала я им рекомендации для поступления и теперь вместе с ними тусуюсь на журфаковском сайте, ожидая результатов.

А на днях в редакцию заходит девушка. Разговариваем:

— Я на журфак поступаю. Можно у вас статью опубликовать?

— О чем ваша «статья»?

— Про молодежную рок-группу Первоуральска.

Ну, другой темы-то никто, собственно, и не ожидал.

— Давайте посмотрим, — говорю я.

Скидываем ее материал с флэшки.

— Могу я быть уверена, что в этом номере моя статья выйдет? Мне просто до 14 июля нужно документы в университет сдать.

— А вы больше нигде не публиковались? Это единственная ваша публикация? — удивляюсь я. — На факультет журналистики нужно, по-моему, минимум шесть публикаций.

— У меня еще есть статьи, но я их нигде не печатала.

Это меня, опять же, удивило. А еще поразил тот факт, что девушка, зная, что поступает на журфак, принесла ЕДИНСТВЕННЫЙ материал за несколько дней до окончания приема документов.

— Мне нужно быть уверенной, что он выйдет, — повторяет девушка.

Дабы помочь юной акуле пера поступить на факультет журналистики, я двигаю материалы ребят из молодежной редакции и ставлю ее текст. Читая, понимаю, что написана-то чепуха. Молчу, что информационным поводом там и не пахнет. Что и как пишет автор, можете почитать ниже. Редактирую текст, как могу, как умею, ищу дополнительную инфу в интернете, и заметка выходит в ближайшем номере. Кстати, уважаемый читатель, сравни, что исправлено-то чуть-чуть совсем. Но и после правки текст нельзя назвать хорошим.

— Кто редактировал мою статью? — заходит на следующий день негодующий автор. Я немного опешила от наезда девушки и робко поднимаю руку. — Вы вообще видели, что вы напечатали?

Как вам сказать. Мы в редакции вообще, видимо, не привыкли читать тексты, которые публикуем, не смотрим на верстанную полосу. Зачем? Короче, вопрос автора застал меня врасплох. Далее девушка начинает задавать вопросы:

— Почему вы назвали вокалиста гитаристом? Откуда вы взяли, что они едут на этот фестиваль? Еще какие-то там вопросы были. А больше всего мне понравилось:

— И вообще попсово написано, — девушка имела в виду стиль редактирования.

Я посоветовала отправить ей этот материал в «Rolling Stone». Но будущая акула пера не оценила иронии, а просто наезжала, истерила. Я старалась объяснить гениальному автору причины, по которым были отредактированы некоторые моменты. На что девушка мне говорит:

— Конечно, сидите тут все такие редакторА! Признайте свои ошибки хотя бы!

— Да, перепутала вокалиста с гитаристом. Признаю. Какие еще вопросы? Вы хотите опровержение в следующем номере? Вы поступаете на факультет журналистики, вот материал с вашим авторством. Что еще нужно?

Еще череда наездов, а на выходе из редакции девушка спросила:

— Как вас зовут?

Вовремя. Я ответила. И целые выходные ждала, где и когда ждать о себе отзыв.

Дождалась! Смотрите по ссылке!

«В грубой форме, она дала понять, что никакой ответственности за проделанную работу она не несёт, а вся вина лежит на авторе». Черт, неужели я умею грубо разговаривать?

В общем, огромный плюс Лейле за наглость и напор. Но она еще не знает, что все четыре года обучения ей надо будет где-то публиковаться и проходить практику. А еще пока даже не представляет, как тексты могут редактировать в других СМИ. Удачи девушке!

А самое обидное, что она поступит. На платное, но поступит. И мои девочки-умницы из молодежной редакции, которые работали несколько лет, старались, так же поступят на платное. Увы, бюджетных мест на очном отделении журфака всего десять.

 

Комментарии 72

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.