18:10, 15 Апрель 2015 г.193

Донесение в Бернау — как Иван Капустин чудом остался жив, нарвавшись на немецкую засаду

Иван Капустин Фото Анны Неволиной

Апрель 1945 года, Германия, дорожный указатель: «До Берлина 70 км». За плечами 17­-летнего паренька Ивана Капустина — мастера авиавооружения 133­-го истребительного авиаполка — Белоруссия, Польша, переправа через Одер. Война близится к концу, аэродром, где Капустин пополнял боекомплект истребителей, уже не подвергается бомбардировкам немцев. Молодому сержанту было и невдомек, что вскоре под Берлином при выполнении боевого задания он уцелеет лишь чудом, когда экипаж немецкого танка заметит одинокую фигурку ничего не подозревающего «русского ивана», идущего по дороге, и выстрелит.

 Героическая деревня

В 1941 году, 30 марта, семикласснику Ивану Капустину исполнилось 14 лет, через три месяца Гитлер напал на СССР. Родился и вырос Иван в глухой деревне в Кировской области, от которой до райцентра было около сотни километров.

— Деревню основали Капустины, — говорит Иван Федорович. — Два брата воевали в императорской армии в войне 1812 года и за это получили во владение наделы земли. До войны в деревне жило 98 человек, затем мобилизовали почти всех мужчин: увезли на машинах 22 человека. Мой отец, Федор Капустин — стал инвалидом в результате несчастного случая, потому его не мобилизовали. На фронт отправились его брат, со стороны матери воевали три дядьки.

Иван Капустин ушел на фронт в августе 1944 года добровольцем, когда ему исполнилось 17 лет. В Ижевске вчерашнего школьника зачислили в школу младших авиационных специалистов. К тому времени дядя Сергей, командир роты, погиб под Сталинградом в первых же боях, другой дядя — Андрей, попав под Вязьмой в плен, находился в концлагере на севере Германии (позднее его освободят американцы).

— В школе авиационных специалистов были парни из Кировской области, из Удмуртии, но учебу мы не закончили, — вспоминает ветеран. — Боевым частям требовалось пополнение, нас 66 человек отобрали и отправили на фронт.

 Выжили все

Капустин попал в истребительную авиацию на Первый Белорусский фронт.

— Механиком был старшина Михаил Бабушкин, он заряжал ленту в 20­миллиметровую пушку наших истребителей ЯК, а мы вдвоем с товарищем Витей Новоселовым подносили ящики с патронами. Я за весь период только раз самостоятельно зарядил пушку истребителя боевой лентой, — говорит Иван Федорович. — Все мои товарищи дожили до конца войны. Летчики погибали редко, иногда не возвращались с боевого вылета, но потом, как правило, их находили. Начиная с осени 1944 года в небе господствовали наши самолеты. В 1945­м мы уже Одер перешли. Наш аэродром немцы пытались бомбить. Мы ночью стояли в карауле, охраняли командный пункт и самолеты. Немецкий самолет-корректировщик показался над аэродромом, потом появились бомбардировщики. Но их дальше не пустили, открыли огонь, немцам пришлось сбросить бомбы мимо цели — на подходах.

В составе 133­го истребительного авиаполка сержант Капустин освобождал Белоруссию, потом  — Польшу. Но смерть на войне подстерегает людей повсюду. Молодой солдат чуть не сложил голову, когда до Берлина оставалось полсотни километров.

 Один и без оружия

В апреле 1945­ого штаб дивизий Первого Белорусского фронта расположился в немецком городе Бернау. Возникла угроза, что немецкие части, подтягивающиеся к Берлину из опорных районов, которые советская армия при наступлении просто обошла, пройдут именно через Бернау. Штабным грозило уничтожение. Чтобы это предотвратить, Капустина отправили в Бернау с донесением. Что удивительно — одного и без оружия. Солдат должен был прошагать ночью около шести километров пусть и по освобожденной от фашистов, но немецкой территории.

— Когда шел, мирного населения не было, дома стояли пустые, — говорит ветеран. — Ни одного жителя. Все сбежали или были угнаны в Берлин.

Обычно солдат посылали с донесениями по двое.

— Потом в Ленинграде я встречался с сыном офицера, который меня с пакетом в штаб дивизии посылал, — говорит Иван Капустин. — Сын спрашивал: «Папа, тебе не страшно посылать молодого солдата одного?», ответ был: «Не страшно, потому что он был надежный».

Иван Капустин во время войны Фото из личного архива Ивана Капустина

Иван Капустин во время войны Фото из личного архива Ивана Капустина

Пакет Капустин доставил, но на обратном пути попал под обстрел. Гитлеровцы засели в траншеях вблизи дороги — танки, пехота. Немцы заметили Капустина первыми. Танки начали стрелять. Ивана ранило: осколки попали в обе ноги, один угодил в переносицу. После ранения правый глаз стал плохо видеть, впоследствии ветеран на правый глаз ослеп.

Победу Капустин встретил на аэродроме в 15 км от Берлина.

— Шли колонны пленных немцев, — вспоминает Иван Федорович. — С Витей Новоселовым мы набрали чемоданы трофеев, кружева, помню, были, так капитан командир звена Николай Тарасов — наши чемоданы раскрыл и выбросил. Хотели мы посмотреть на разбитый Берлин, но нас, молодых солдат, «пацанву», не пустили, оставили в охране. Старшие потом из Берлина вернулись, помню, один грузин — с раненой рукой. Вот они, значит, посмотрели, а мы в Берлине так и не были. В тех городах, селах, которые мы проезжали, особых разрушений не было. После войны, когда жили в Пренцлау, ходили в город — целехонький. Жителей мало. Немки приходили нам мыть полы в общежитии, потом дивизию перебросили в Польшу.

Благодарность за взятие Берлина

Благодарность за взятие Берлина

Капустин прослужил в Польше до 1952 года, потом была служба в Забайкальском военном округе в звании лейтенанта на должности офицера отделения кадров дивизии. Демобилизовался Иван Федорович в 1955 году.

 80 тонн яблок

После расформирования полка Капустин прибыл в Свердловск.

— Хотел поступить в школу электровозов, но не поступил, — говорит он. — Окончил школу торговли, стал заведующим торговым отделом — заместителем председателя Райпотребсоюза в Слабодо-Туринском районе.

Военный на гражданском посту — во времена первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева — это было обычным делом.

— До меня председателем горисполкома работал майор Забайкальского военного округа командир эскадрильи, — говорит Иван Федорович. — Третьим секретарем был военный моряк.

Младший офицер запаса Капустин руководил торговлей на территории, где в то время проживало 16 тысяч человек.

Фото Анны Неволиной

Фото Анны Неволиной

— Впервые за всю жизнь самую настоящую критику я получил именно на этой должности: шифера нет, цемента нет, сатина нет! — вспоминает Иван Федорович. — Первый секретарь горкома говорит мне, мол, не вздумай подавать заявление об увольнении.

Капустин заявление написал, но не об увольнении, а направлении его на учебу. Окончив Ленинградский институт советской торговли, в 1964 году Иван Федорович попал по направлению в Первоуральск, стал начальником планового отдела общественного питания. Женился, супруга Любовь Васильевна родила двух сыновей.

— Я ездил в командировки, предпоследняя была в Закарпатье, в Ужгород, — вспоминает Иван Капустин. — Однажды, в 1985­м, в канун 9 мая, в Свердловске и по всей области пропали яблоки. Посылают одного командировочного, другого — ничего не могут сделать, а День Победы все ближе. Послали меня, приехал в Ужгород, сказал: пока не отправите яблоки, не уеду. За неделю отгрузили 80 тонн яблок. Я номера вагонов переписал, отправил телеграмму в Свердловск.

Подобных командировок областного значения у начальника планового отдела из Первоуральска Капустина было около двадцати.

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.