1 559

Встретимся в суде. Или в прокуратуре. Наверное

Светлана Колесникова, журналист

Светлана Колесникова, журналист

 

Однажды в беседе с главредом «Городских вестей» наш общий знакомый анестезиолог сказал: «Мне кажется, Света не любит врачей — она предвзято к ним относится». На самом деле, это не так — я очень люблю профессионалов своего дела, врачей особенно. Собранность, хладнокровие, стерильность и полная противоположность вечному хаосу творческого человека. Но в чем-то анестезиолог прав: я плохо перевариваю непрофессионалов — в любой области, медицине — особенно. К несчастью, время от времени приходится сталкиваться с людьми не на своем месте и даже выслушивать от них обвинения в собственной некомпетентности.

После публикации  истории Ольги Хотенович о злоключениях ее сына в приемном покое терапии, в редакцию «Городских вестей» потянулись люди со своими историями. Формулировки одинаковые: хватит молчать, пора что-то делать. Кто-то пришел лично, кто-то слал письма на электронку. В итоге стало понятно: надо встретиться с администрацией объединенной городской больницы и задать ряд вопросов в плане организации лечебного процесса.

По старой доброй привычке позвонила Николаю Шайдурову. Тот сообщил, что находится в отпуске и по всем вопросам следует обращаться к Ольге Семаковой. Звоню Ольге Сергеевне: «Я на совещании» — бросила Ольга Сергеевна. Я человек понятливый, чужой труд уважаю, поэтому отправила SMS c вопросом, в какое время мне перезвонить, а также уточнила цель своего звонка. Реакция последовала через 10 минут. Ольга Семакова, исполняющая обязанности главного врача, а также являющаяся начмедом больницы, решила сэкономить мой бюджет и перезвонила сама. С рабочего:

— Так, как вас зовут, с кем я разговариваю?

— Светлана Колесникова.

— Какая у вас должность?

— Веб-редактор «Городских вестей».

— Кто у вас главный?

— Есть редактор издания, Ольга Вертлюгова…

— Имейте в виду, я на вас иск в прокуратуру пишу. Вы порочите честь и достоинство больницы.

— Ольга Сергеевна, давайте я вам подскажу: с иском сразу в суд идут, и там защищают честь и достоинство. Сейчас речь о другом: наше издание интересует организация лечебного процесса, и каким образом разрешается конфликт интересов пациентов и лечебного учреждения…

Видимо, Семакова решила придерживаться тактики «Лучшая защита — нападение» и заявила, что она не намерена обсуждать врачебные тайны и диагнозы с журналистами, не слыша, что информация такого рода мне и не нужна. В итоге добавила:

— Вы писали про Хотенкову?

— Нет. Мы писали про Хотенович.

— Так вот. Мы встретились с этой женщиной, она заявила, что ничего подобного вашей газетенке не говорила. Я ее привлекаю в качестве свидетеля вашей клеветы. А если у людей возникают вопросы, то пусть приходят ко мне — на личный прием. И вообще, в понедельник Шайдуров выходит — с ним и общайтесь.

Пояснить, что раз взялся за гуж, не говори, что не дюж, не получилось, а также не получилось сказать, что у меня вопросы именно к начмеду, а не к главврачу — Семакова бросила трубку.

Немного подумав, я в какой-то степени согласилась с Ольгой Сергеевной: личные вопросы надо решать лично. И дала служебный телефон начмеда Юлии Королевой, ставшей героиней нашей публикации. Юлия честно начала дозваниваться. Через час Юлия сказала:

— Есть еще телефон? Это просто нереально — там, как в регистратуре: то молчат, то занято.

Нашла телефон приемной. В приемной Юлии сообщили, что Ольга Сергеевна на месте, и звоните на рабочий. Королева честно поставила телефон на дозвон и спустя 20 минут дозвонилась. Но конструктива не получилось и у Юлии.

— Знаете, Светлана, я думаю, что рыба гниет с головы, — написала Юлия в фейсбуке. — Раз Николай Шайдуров окружает себя такими замами, то он — плохой управленец и спрашивать надо с него. Я дозвонилась до прекрасной женщины Семаковой, итог дурацкий: приезжайте и ждите, когда я соизволю выделить на вас время. Ну, вот как так? Первоуральск и так славится всякой ерундой: то бабуси, которые ползут в травмпункт, то рак четвертой степени проворонили. А сейчас еще и хамство первостатейное. Может, на самом деле, федеральные каналы привлекать пора?

Параллельно решила позвонить Ольге Хотенович и спросить, где именно мы переврали ее слова и о чем, если что, она будет свидетельствовать — то ли в суде, то ли в прокуратуре, как только Ольга Семакова определится.

Хотенович, которую, кстати, тоже зовут Ольга Сергеевна, удивилась, сказала, что именно благодаря нашей газете удалось добиться результата, и вообще — ни в какие суды идти не собирается.

Остается только развести руками: ну, как так-то?

 

Комментарии 8

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила