17:09, 8 Май 2016 г.297

Дом, проводивший бойца

Шесть историй о том, откуда наши герои уходили на войну

Несколько тысяч первоуральцев ушло на фронт. Они оставляли не только матерей, жен, дочерей, но и родные дома — гнезда, построенные с неимоверным трудом и любовью. «Городские вести» отыскали шесть домов, из которых будущие герои отправлялись бить врага. Подробности — в нашем материале.

Дом, который все помнит

Деревня Старые Решеты, улица Зеленая, дом №3:

— Этот дом построил мой отец, Евгений Андреевич Иванов, — рассказывает Владимир Иванов, который до сих пор живет в родовом гнезде. — Отец родился в 1905 году. Тут, в Решетах, раньше улиц-то совсем не было — только Зеленая да Пушкина, вот отец и решил отстроиться. Как пришла беда — началась война, сразу ушел на фронт, но служил недолго — его ранило под Сталинградом, вернулся домой, в родную деревню.

После войны Евгений Андреевич работал на станции. Женился, у него родилось пятеро детей — все до сих пор живы, живет в Решетах.

— Я всю жизнь тут живу, — говорит Владимир Иванов, — как и родители. Уезжать никуда не собираюсь — тут и воздух свежий, и лес рядом, и соседи хорошие. Дом я практически не перестраивал, он крепкий, на века сделанный.

Сейчас в Решетах очень мало осталось тружеников тыла, а ветеранов войны совсем нет — в 2014 году умер последний участник — Петр Леонтьевич Сафронов.

— Мне очень жалко, что старики уходят, что не остается никаких воспоминаний, иногда даже фотографий не найдешь, — вздыхает Владимир Евгеньевич. — Только вот дома, которые все помнят.

Дом, который простоит 300 лет

Деревня Старые Решеты, улица Пушкина, дом №90:

— Из этого дома на фронт ушли четверо моих родных дядей, — говорит Леонид Субботин. — Иван уходил на Германскую и Финскую войны, Михаил, Александр и Павел — на Отечественную. Дядя Паша пропал без вести, так до сих пор и не знаем, что с ним случилось.

А остальные трое благополучно вернулись в свой большой родительский дом, продолжили работать — на железной дороге, на автопредприятии.

— Вы знаете, я ни единого гвоздя в нем не поменял, ни одной досочки не переколотил. Вот он стоит уже больше ста лет, дом наш, и еще два раза по столько простоит, как минимум, — говорит Леонид Васильевич. — Раньше ведь знали, как строить, работали на совесть — бревна заготавливали только зимой, в лютый мороз, окна, двери — все по каким-то специальным технологиям делали. А сейчас что? Тут купил, там приколотил, здесь просверлил — вот тебе и дом. А что это за дом, если он через год разваливаться начинает?

Дом, который иначе выглядел

Деревня Треки, улица Береговая, дом №11:

— Из этого дома на войну ушло три брата, один из них — мой отчим Борис Мерзляков, — вспоминает Александр Шаврин. — Я про него совсем немного знаю — маленький тогда совсем был. Он, может, и рассказывал, да я или слушал вполуха, или подзабыл уже. Но точно могу сказать, что служил он в армии Рокоссовского, был связистом.

Борис Мерзляков воевал два года — с 1942 по 1944-й, потом вернулся домой.

— За эти два года отчим получил три ранения, было две контузии, — продолжает Александр Александрович. — После войны работал в совхозе. Больше всего Борис любил рыбалку, все свободное время с удочкой на берегу сидел.

Дом, в котором сейчас живет Александр Шаврин, несколько раз перестраивали — обновляли крышу, стены, окна. По словам мужчины, дом раньше совершенно по-другому стоял, несколько иначе выглядел.

— Я на пенсии сейчас, здесь постоянно живу, — рассказывает Александр Александрович. — Хозяйство у меня небольшое — куры, собака, кошка. На 9 мая мы всегда собираемся всем поселком, у нас свой небольшой парад, ведь из Трек ушло больше 200 человек, а вернулось меньше половины. Сейчас ветеранов совсем не осталось, только труженики тыла, но и их молодые чтят, не забывают.

Дом, который вырастил инициаторов

Поселок Кузино, улица Красноармейская, дом № 33:

В поселке Кузино в сквере перед клубом в 1975 году установили памятник павшим героям. На памятнике — 134 фамилии. По домам, которые провожали бойца нас водит хранительница кузинского музея Лидия Кузьмина.

По левую сторону от памятника — одна из центральных улиц поселка Красноармейская. Наш экскурсовод рассказывает, что с этой улицы уходили многие, но в целости осталось только два дома, один из них — них № 33.

Ярко-зеленый дом с красивыми, аккуратными рамками, наличниками. Отсюда уходили на фронт два брата Александр и Владимир Злоказовы.

— Больно много нам о них неизвестно. Отец у них проработал всю войну машинистом, — рассказывает Лидия Ивановна. — Сами ребята до войны еще подхватили Стахановское движение: взяли на себя обязательство везти тяжеловесный поезд по железной дороге. В войну так и служили на железной дороге.

Дом с виду в хорошем состоянии, сейчас в нем живет жена их младшего брата — Неля Александровна.

— Неля Александровна много-то не расскажет, старенькая уже. А мои родственники с ними соседями были, говорили, что братья были работящие, всегда помогали, когда просили, — говорит Лидия Ивановна.

 

Дом, в который не вернулись

 Поселок Кузино, улица Красноармейская, дом № 43:

Дом № 43 стоит за высоким забором. Сейчас в нем живут дачники, приезжают только на лето. Знают ли они, что в их доме жил участник Великой Отечественной войны — неизвестно.

— Отсюда уходил на фронт Иван Папилин, — говорит Лидия Ивановна. — Мама рассказывала, что он учился на курсах красных командиров. Однажды приезжал в деревню с друзьями. Все смотрели на них, такими красивыми они казались: наденут шапки такие, как шлемы — в финскую войну их носили, и едут кататься на лыжах. Мама рассказывала, что деревенские дети подглядывали за ними. Интересно же.

Родственников Ивана Папилина в деревне не осталось. Известно, что с войны он не вернулся.

 

Дом, который хранит тайны

Поселок Кузино, улица 8 марта, дом № 25:

Дом № 25, обнесен забором, и даже не видно, как выглядит он, если не подглядывать в деревянную щелку. Оливковая краска с дома слезает, нелепо смотрятся голубые рамы, падающий забор.

Более 70-ти лет назад здесь жила семья Золотиных, чей сын Алексей ушел на фронт. И оставил после себя много вопросов.

— Семья здесь жила большая. Очень уважаемая. Глава семейства — отец Алексея работящий был, — говорит хранительница кузинского музея Лидия Кузьмина. — Когда Алексея Золотина проводили, начали ходить слухи, что он, мол, попал в армию, которой командовал Власов. Все местные переживали очень, что он действительно там. Но семью не трогали, они жили спокойно.

Алексея Золотина помнят, как хорошего баяниста и гармониста. В школе его любили, ни один праздник без него не обходился. Он ездил выступать в соседние поселки, ребята показывали спортивные номера, а он в это время играл на инструменте.

С фронта Алексей Золотин не вернулся.

 

Над материалом работали:

Текст: Ольга Хмелева, Мария Попова

Фото: Анна Неволина

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила