1 022

«Не выдавай всех чудес сразу — позже удивим» — Даниилу Двинских нужна помощь первоуральцев, чтобы начать делать уверенные шаги

Если каждый из нас откажется от одной чашки кофе или пачки сигарет всего лишь на один день, то мы с легкостью соберем 750 тысяч рублей
Фото Анны Неволиной

Если каждый из нас откажется от одной чашки кофе или пачки сигарет всего лишь на один день, то мы с легкостью соберем 750 тысяч рублей Фото Анны Неволиной

— Я не займу много вашего времени, мне бы просто встретиться и рассказать свою историю, — в телефонной трубке слегка взволнованный женский голос.

IMG_4984

Наталья Двинских и маленький Даниил Фото Анны Неволиной

Интуиция подсказала сразу же — что-то с ребенком. Не ошиблась. Редакция — последняя инстанция, куда обратилась Наталья Двинских, чтобы отыскать помощь для своего малыша, трехлетнего Даниила. До этого сходила в администрацию, к депутатам, благотворительный фонд. Ответ один: поняли, рассмотрим, ждите письма. Но времени, чтобы ждать бумажки, мало. У Даниила синдром Арнольда-Киари, без нашей помощи семье будет очень сложно.

Чтобы помочь трехлетнему Даниилу, вы можете перечислить средства по номеру карты

НОМЕР КАРТЫ 4276 1628 4268 2038 — получатель Сергей Двинских

А также можно связаться с его семьей по указанному телефону. Напомним, что для прохождения реабилитации в китайской клинике семье Двинских нужно собрать 750 тысяч рублей.

ТЕЛЕФОН 8 9122273263

Обычный бревенчатый дом. У ворот звонким лаем встречает дворняжка. На звонок выходит девочка — с русой косой и кокетливыми бусиками на шее.

— Проходите, Даня кушает сейчас, мама вас ждет.

Это Лиза. Первый усыновленный ребенок Натальи Двинских. Спустя немного времени в семье появится Аня, над которой женщина оформит опеку. И уж совсем никто не ждал появления маленького Данечки, который сконцентрирует вокруг себя все внимание.

IMG_5102

— Фотографию Дани мы увидели случайно, — рассказывает Наталья. — Это был пост «Вконтакте», призыв о помощи, где волонтеры одного из подмосковных детских домов написали, что если Дане не помочь, то ему предстоит жить в доме для инвалидов. А я знаю, что такое дом инвалидов, я была волонтером в детских домах и таких учреждениях тоже.

Девчонки тоже увидели фото, и тотчас привязались к матери:

— Мама, мы должны его взять! Давай съездим!

С фотографии на них смотрело белокурое чудо с голубыми глазами и очень серьезным выражением лица.

— Да что вы, — отмахнулась Наталья. — У меня уже и здоровье не то, и вас поднимать надо.

Это была официальная версия для домочадцев. На самом деле, пронзительные глаза уже запали Наталье в душу.

— Я укладывалась спать и каждый вечер тайком рассматривала его фото. Я созвонилась с детским домов в Видном (Подмосковье), навела справки, — говорит Наталья. — Мне рассказали обо всех его диагнозах, о том, что он никогда не будет ходить, о том, что это очень сложный ребенок с признаками аутизма.

Но решение было принято, а на семейном совете только подкреплено: надо ехать. Какое-то время ушло на сбор документов. И наконец Наталья Двинских в Видном.

IMG_5023

— Нет, не было истории, как в кино, — вспоминает женщина. — Он не протянул руки, не прошептал мама, не улыбнулся. Он очень ровно на меня отреагировал. Почти никак. Тем временем, сотрудницы детского дома рассказывали мне о букете его болячек и чуть не крутили пальцем у виска: зачем вам больной ребенок? Он же инвалид. Для наглядности сняли с него памперс и показали ножки-ниточки, приговаривая при этом: «Он никогда не будет ходить. Никогда».

Наталья недоумевала: зачем вы мне это говорите? Просто отдайте мне этого ребенка, и мы уедем.

Они расстались на ночь. Женщина прокручивала в голове все его характеристики: не может ходить, не будет ходить, аутист, не любит людей, ни к кому не привязан. Казалось бы, доводов собрать вещи и уехать, отказавшись от массы проблем, предостаточно.

— Но я влюбилась. Я жила с его фотографией несколько месяцев, — говорит Наталья. — Я вернулась утром, и он встретил меня улыбкой. Мальчик, который до этого никому и никогда не улыбался. Может, он тоже меня ждал, потому что специалист, который оценивает контакт между ребенком и опекунами, просто был поражен: «Даня, ты умеешь улыбаться?»

Наталья тихонько шепнула Даниилу на ухо: «Не выдавай всех чудес сразу, мы их позже удивим».

IMG_5021

Пока общаемся, Даня стоит. Мальчик, которому прочили инвалидную коляску и прочее «прелести» сложного диагноза, встал.

— Да нет, это не чудеса, — смеется Наталья. — Это всего лишь массаж. Каждый день в течение двух месяцев я массировала Данечке ножки, долго, с любовью. Надеваем на него специальные ортопедические ботиночки, с титановой пластиной. У него ножки раньше как копытца были, а сейчас исправляются. Он начал понимать, что у него есть ножки, просто не понимает, что с ними делать пока.

IMG_5008

У Даниила — синдром Арнольда-Киари. Мозжечок опущен, поэтому он мешает работе остальной части мозга. До года Даниил постоянно плакал — от жутких головных болей. Сейчас ему установили шунт, который нужен для оттока лишней жидкости. В первые дни после рождения он перенес свою первую операцию: ему вырезали спинно-мозговую грыжу, поперек поясницы остался огромный шрам.

— Его начали спасать сразу после рождения, проблемы с ногами — следствие того вмешательства. Но оно было неминуемо. Так происходит всегда, — разводит руками Наталья.

Семья живет скромно: в комнате двухъярусная кровать девочек, кроватка Дани, секция углового дивана, на которой спят Наталья с мужем.

— Я хотела бы усыновить всех своих детей, но жилищные условия пока не позволяют — не хватает квадратных метров на всех. Думаем расширяться, надо вот Даньку на ноги поднять, а потом уж о стройке думать.

IMG_5048

Сейчас Даниил все больше становится похож на здорового малыша. Он начал улыбаться и смеяться, перестал в страхе выбрасывать игрушки, а с удовольствием играет с сестрами, начал кушать, хотя раньше накормить его было большой проблемой.

— Любовь творит чудеса, — уверена Наталья Двинских. — Никто не верил в него, всем было проще поставить на нем крест. А Даня — очень способный. Ему просто надо помочь.

Помочь Даниилу, помимо любви, могут и в Центре реабилитации в Китае. Положительный опыт работы китайских медиков уже ощутили на себе несколько российских детей с подобным диагнозом. Наталья уверена — этот шанс надо использовать.

Трехмесячный курс стоит 750 тысяч рублей без учета стоимости перелета и питания. Расходы на трансферт семья готова нести сама, а вот собирать 750 тысяч придется всем миром.

IMG_5128

 

 

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила