387

Первоуральский Экофонд проверил приют для собак в Билимбае и лесопилку в Прогрессе

ced2

Активные чиновники

Кажется, что жизнь муниципальных служащих проходит в кабинетах между стопками бумаг и компьютерами. Однако есть среди них и те, кто свой рабочий день проводит более активно. Как, например, сотрудники Первоуральского Экофонда. Экологи регулярно ездят по окрестностям: ищут несанкционированные свалки, места незаконных сливов отходов в водоемы.

28 ноября сотрудники Экофонда только до обеда посетили три места, где, по их предложениям, жители нарушают правила, касающиеся сохранения экологического равновесия.

Сначала экологи отправились в поселок Билимбай в приют для бездомных животных, который организовала Галина Волкова вместе со своим супругом. Директор Экофонда Александр Цедилкин еще в машине объясняет, что на этот приют поступают многочисленные жалобы в администрацию Билимбаевского СТУ. Помимо сетования на лай животных, живущие по соседству люди предполагают, что приют «что-то сливает прямо на улицу», а также неизвестно куда девает мусор.

Так что сотрудникам Экофонда предстояло найти следы незаконного слива и удостовериться в наличии документов, подтверждающих вывоз бытовых отходов туда, куда положено (договор с мусороперевозчиком или талоны, дающие право выбросить мусор на одной из городских свалок). Кроме этого Александр Цедилкин пояснил, что у владелицы приюта еще должен быть договор на утилизацию биологических отходов — то есть погибших животных.

 

Собаки все мои

Остановившись у забора приюта, сделанного из разномастных материалов, экологи осматривают сточную канаву, по которой предположительно и осуществляется слив. Сейчас она вся завалена снегом, естественно, установить, что сливали по ней и сливали ли вообще — невозможно.

После телефонного звонка из ворот выходит организатор приюта Галина Волкова и предлагает пообщаться для начала вне территории приюта, поскольку собаки, учуяв чужих, достаточно сильно лают.

ced1

Директор Экофонда представляется и интересуется, чьи собаки живут на территории.

— Это все мои собаки, — уверенно говорит Галина.

Их у нее несколько десятков. Только на улице в открытых вольерах живет порядка 30-ти животин. Те, кто не может переносить уральскую зиму (больные, ослабленные, мелкие, старые, короткошерстные животные и щенки), обретаются в утепленном сарае, который билимбаевские зоозащитники с улыбкой называют «дом». Юридического статуса приют не имеет, поэтому все собаки принадлежат лично Галине.

— Но в интернете вы обозначены, как частный приют, — пытаются выяснить все до точки экологи.

—  Я могу называть себя хоть организацией объединенных наций, но ею не стану, — с улыбкой отклоняет инсинуации экологов Галина.

Галина Волкова объяснила, что в случае гибели животных, она отвозит тела собак в клинику «Вет плюс». Договор, подтверждающий факт этого, имеется, так что с утилизацией биологических отходов все в порядке.

 

Замерзшие какашки

По поводу слива Галина пояснила, что весной за свой счет она сделала дренажную канаву, чтобы слить зацветшую воду из мини-прудика, находящегося на территории участка.

— «Такого» мы ничего не сливали, — заверила Галина Волкова.

С бытовыми отходами (по-простому — собачьими экскрементами) дело обстоит несколько сложнее. Все лето Галина вывозила мусор на городскую свалку. Однако потом оказалось, что с частными лицами там сотрудничать больше не будут. Новое место для вывоза отходов пока не найдено: по словам Галины Волковой, все конторы, занимающиеся вывозом и переработкой мусора, с физлицами не работают.

ced4

— С «Чистюлей» я не буду больше работать, — категорично заявляет женщина, — вывозят мусор из рук вон плохо. Система выставления мешков безобразная. Их собаки рвут, люди всякие бывают, тоже пакостят.

Пока собачьи какашки лежат на территории приюта, упакованные в большие пакеты из-под корма. Ввиду зимы и морозов неудобства это не доставляет. Но вопрос с утилизацией бытового мусора экологи просят решить как можно скорее.

Сроки сотрудники Экофонда не оговаривают, видя, что Галина Волкова — человек адекватный и относящийся с уважением к требованиям законодательства. Галина обещала к концу текущей недели предоставить необходимые бумаги.

После обсуждения формально-бумажных вопросов, Галина предлагает пройти на территорию приюта. Заходим. У входа нас встречает здоровенная собака по кличке Маша. Маша проявляет к гостям радостный интерес, что несколько смущает сотрудников Экофонда и очень радует меня и фотографа.

— Она очень добрая, — приговаривает Галина, лаская собаку, — да, зайка? Да?

ced3

На территории все завалено снегом. В забранных сетками вольерах мечутся собаки. Галина демонстрирует гору пакетов с экскрементами, и мы уходим, попрощавшись с Машкой.

Сев в машину, Александр Цедилкин анализирует ситуацию:

— А ведь все бы эти собаки по улицам бегали, — размышляет он, — так-то хорошее дело. Но посреди поселка этого быть не должно. Мы сюда приедем через некоторое время, потому что обязательно контроль должен быть.

 

Прямо в реку

По дороге в Прогресс экологи вспоминают, что мусороперевозчик, работающий с частными лицами в городе, все-таки имеется. Тут же звонят Галине Волковой, чтобы помочь решить вопрос вывозом мусора.

В Прогрессе нам предстояло посетить два места: жилой дом №19 на улице Радищева и лесопилку, которую арендовали китайцы.

Дом №19 — кирпичный барак, построенный в свое время Леспромхозом. Кто обслуживает дом сейчас — не ясно. Местные активисты показывают экологам, что от бесхозного дома отходит канализационная труба, по которой нечистоты стекают прямо в Чусовую. Место, где все это вытекает из трубы и бежит просто по косогору к воде, удается разыскать.

ced6

Жительница дома, вышедшая на балкон, громко комментирует «приезд комиссии».

— А че смотреть-то?! Куда идет труба? Куда-куда. Вниз к речке. Но канализация сейчас не работает.

— Не в подвал же все стекает? — удивленно спрашивает Александр Цедилкин.

— Зайдите в подвал, посмотрите. Че ходить-то, проверять канализацию? Ее ремонтировать надо, блин. У нас никого нет. Мы сами к себе относимся.

По совету женщины спускаемся в подвал. Дверь открыта. Сначала нос свидетельствует о том, что все-таки «все» стекает в подвал, а потом глаза это подтверждают. Подвал залит темной, дурно пахнущей жижей. Как живут люди, имея под полом огромную выгребную яму, загадка.

ced7

— О-о, — тянет Александр Цедилкин, оглядывая подвал, — понятно, что управляющая компания сюда не зайдет, но вопрос надо как-то решать.

Тут же, в продолжение темы, активисты Прогресса рассказывают о проблеме, которая в скором будущем, возможно, возникнет в поселке.

— Дом восстанавливают четырехэтажный, а шамбо делают только на 60 кубов. Это очень мало. Если только откачка ежедневная. Но откуда у людей столько денег. Поэтому, вероятно, там тоже какие-то запасные варианты предусмотрены, — говорят жители, намекая на незаконный сток в Чусовую.

Оправданы ли опасения жителей Прогресса, покажет время.

 

Мы не отвяжемся

Следующий пункт назначения — лесопилка, которую летом арендовали китайцы, чтобы изготавливать доски для отправки на родину. Местные жители хвалят выходцев из страны восходящего солнца за трудолюбие и корят за несоблюдение законов.

Так, на территории лесопилки весь мусор — и бытовой, и строительный — сжигается в печке, установленной на улице. Делать это категорически запрещено. Поначалу китайцы жгли огромные костры из деревянной обрези, но после замечания активистов Прогресса смастерили печь. За что уже были оштрафованы Госпожнадзором.

После визита пожарных, казалось бы, печь должна была прекратить свою работу. Но нет, в момент нашего визита она исправно дымила.

ced8

Зайдя в общежитие, где живут китайцы, Александр Цедилкин вновь представляется предполагаемому начальнику.

— Экологический фонд? Это что такое, — с сильным акцентом переспрашивает «Паша», так на русский манер зовут начальственного китайца, которого при рождении назвали Чи Шоу.

— Э-ко-ло-ги-я, — в разбивку произносит Александр Федорович. И тут же рассказывает о правилах обращения с бытовыми и промышленными отходами в нашей стране.

Никаких договоров у «ЛесМонтажСтроя», организации, возглавляемой Чи Шоу, нет.

— Нельзя сжигать, да? — делая удивленные глаза, спрашивает «Паша», — я не в курсе пока. Мы только арендуем.

ced9

Но экологов удивленными глазами и «переводом стрелок» не проймешь, поэтому они говорят:

— Если взяли в аренду территорию, то вы за нее полностью отвечаете. Вы должны соблюдать и технику безопасности, и пожарную безопасность. Все правила соблюдать, чтобы не было негативного воздействия на окружающую среду. Поэтому две недели даем на то, чтобы заключить договоры на вывоз мусора.

Однако с директором предприятия «Ют», сдавшего лесопилку в аренду, сотрудники Экофонда все-таки пообщаться желают. Но ни директора, ни собственника компании в офисе нет.

— Все в Екатеринбурге, — объясняет офис-менеджер.

Узнав номера телефонов руководства, экологи садятся в машину, желая обсудить вопросы вывоза бытовых отходов уже с территории «Юта».

— Мы от них не отвяжемся, пока договоры все не заключат, — предупреждает Александр Цедилкин, — вернемся через две недели. Не будет договоров, сообщим в прокуратуру.

На обратном пути экологи пытаются проинспектировать несанкционированную свалку в Билимбае в районе бывшего лагеря «Незабудка». Однако проехать к месту не удалось — все завалило снегом. Поэтому установить, есть там свалка или нет, не получилось.

Фото Анны Неволиной

 

Комментарии 5

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила