216

«В немцев швыряли камни» — первоуралец Александр Абрамович рассказал об отце-фронтовике

Александр Абрамович Фото Анны Неволиной

«Бабушка, дед, мама я и братья бежали в подвал. Сидели, а наверху ухали взрывы», — вспоминает немецкие бомбежки Харькова в первые месяцы войны пенсионер Александр Яковлевич. Без малого 75 лет прошло, а картина бедствия словно взята прямиком из августа юго-востока Украины 2014-го. Тогда и сейчас война не щадит никого. Яков Абрамович ушел на фронт 37-летним, больше он никогда не увидел своих четверых сыновей.

Киев бомбили

Яков Абрамович родился на Украине в городе Николаеве в 1904 году. В семье кроме него было три сестры, впоследствии Яков, переехав в Харьков, и сам обзавелся большой семьей: воспитывал четверых сыновей.

— Я был третий, родился в 1933 году, — говорит Александр Абрамович. — Отец, окончив институт, работал директором кинотеатра. Помню, мы ходили к нему на работу.

Яков Абрамович Фото из семейного архива Абрамовичей

Яков Абрамович
Фото из семейного архива Абрамовичей

Все было хорошо: жена, Александра Горова, также имела высшее образование, знала немецкий язык, три сына ходили в школу, самый младший Володя пяти лет — в детский сад. В 1941 мирная жизнь рухнула в один день. В день объявления войны, в воскресенье 22 июня, 8-летний Саша был с братьями на даче.

— Был пасмурный день, смотрю, пацаны, которые повзрослей из расположенного неподалеку пионерского лагеря, забегали, — говорит Александр Яковлевич. — Брат мой 11-летний Михаил сказал мне, что началась война, что бомбили Киев.

Объявили мобилизацию: директор кинотеатра Абрамович стал командиром роты 4-го мотострелкового запасного полка. В 1942 году семье пришло сообщение, что Яков Абрамович пропал без вести.

До сих пор о лейтенанте Абрамовиче нет никаких сведений.

— Делали запрос в Москву, в главное управление кадров, — говорит пенсионер. — Был ответ в 2005 году, что нет сведений. До сих пор не знаем ни обстоятельств гибели, ни места захоронения. Встали на учет в программе «Жди меня», но пока без результата.

 Беженцы

Харьков в первый день войны не бомбили. Самолеты с крестами на фюзеляжах появились над родным городом маленького Александра спустя месяц. Дом, где жили Абрамовичи, находился рядом со стратегически важным объектом — железнодорожным вокзалом, который немцы пытались разрушить в первую очередь.

— Мы жили в панельном многоэтажном доме, — вспоминает Александр Абрамович. — Сначала выла сирена, голос из громкоговорителя повторял: «Воздушная тревога! Внимание, воздушная тревога!», мы бежали вниз в подвал дома, начиналась бомбежка, шум, грохот.

Трудно враз превратить в развалины большой город, потому в Харькове не было масштабных разрушений, но город вскоре опустел помимо бомбежек: фронт приближался, части советской армии отступали, несли большие потери, население стали эвакуировать на восток. Абрамовичи отправились на Урал. Пробиться в плацкартный вагон шестерым оказалось не так просто.

Яков Абрамович Фото из семейного архива Абрамовичей

Яков Абрамович
Фото из семейного архива Абрамовичей

— Выехали 13 сентября, все ждали, даже объявляют об этом, что состав разбомбят, но повезло, самолетов не было. Одна из семей, не знаю, как это им удалось в общей толкотне, завалила собственными вещами полвагона, — при воспоминании об эвакуации глаза Александра Яковлевича становятся влажными. — Нас было шестеро на одно спальное место, мама нас держала попеременно, пятилетнего младшего и меня, так и спали. Двое суток длилось это мучение.

Путь начали в плацкарте, а закончили в вагоне для скота, так называемом телятнике. Приехали в Екатеринбург.

 Рвались на фронт

Из Екатеринбурга семья попала в Верхнюю Туру. Впрочем, сначала семья разделилась.

— Я с бабушкой, дедом, с братьями Володей и Михаилом жили какое-то время в Кушве на квартире, — вспоминает Александр Яковлевич. — Хозяйка нас все время выгоняла. На дворе октябрь — ни печки, ничего. Старший Сергей с матерью в Туре. Мама работала в детском саду, там и жили. А нас, только потому терпели, что брат Михаил стал нянькой, водился с ребенком хозяйки.

Затем Александра Горова стала работать в парткоме завода, преподавала в школе немецкий. Абрамовичи стали жить в коммуналке, только к концу войны в 1945 году семье выделили отдельный дом.

Пленные немцы в Туре появились в 1944 году. Их пригоняли массово: строить дома, прокладывать дороги.

— Мы их камнями забрасывали, — вспоминает Александр Абрамович. — Мы мальчишки рвались на фронт.

Когда началась война, первенцу Сергею было 16 лет. Достигнув совершеннолетия, он ушел на фронт, воевал на Дальнем Востоке. Перед этим Сергей окончил военное училище в Перми, получил специальность авиационного механика.

Михаил, ездил поступать в школу юнг в освобожденном Ленинграде, но не прошел по конкурсу. Работал рассыльным, потом закончил училище.

 

Комментарии 0

Внимание! Комментарии на сайте не премодерируются. Правила
Комментируя, вы даете согласие на обработку персональных данных.